Эксклюзив
12 сентября 2012
4237

Василий Лекомцев: Опыты политической жизни

Первое столкновение с политическими процессами, происходившими в стране, произошло у меня, когда мне было три или четыре года. Мы жили в бараке. Напротив нашей комнаты жила одинокая старушка - Федоровна, у которой муж и ее двое сыновей пропали без вести или погибли во время войны. Я ходил в садик, регулярно в этом садике подцеплял какую-нибудь болезнь типа простуды или кори, и поэтому иногда болел. Мама, чтобы не терять часть прожиточного минимума своей зарплаты просила посидеть со мной Федоровну, у которой и оставляла меня. Оставлять меня одного было опасно. На моем счету был уже разобранный будильник, короткое замыкание розетки, вставленными в нее блестящими фантиками из под конфет. Этому научили меня более старшие и опытные приятели. И я уже знал, что такое спички, и знал, где они лежат. Бабуля была набожна и имела несколько книг религиозного содержания. Во избежание нанесения ущерба этим книгам, мама карандашей мне не оставила, так как не далее как месяц назад, когда меня оставляли у другой бабули, я разукрасил ее любимый дневник и сборник песен, которые собирались и украшались полвека. Я прошелся своим начинающим талантом по этим страницам. Та бабуля закатила скандал, и больше меня у нее не оставляли. Федоровна занимала меня кормлением кашей. А еще я помогал ей распутывать различные клубки и мотки с пряжей. Она дополнительно зарабатывала себе на пропитание тем, что пряла шерсть и вязала носки и варежки на продажу. На стене висели ходики, рамка с многочисленными фотографиями и картина. Ходики мне были не интересны. Мы с приятелем на свалке уже находили такие и выяснили, что они сильно не отличаются от будильника. В них были те же шестеренки, но не было пружины, ее заменяли гири. Руки были заняты мотком пряжи, но язык был свободен, и я приступил к расспросам бабки по поводу картины. Смысл ее был не понятен. На картине стояли два человека перед двумя другими, которые сидели спиной вполоборота и, по-видимому, о чем-то разговаривали.

Спустя много лет, я выяснил, что на стене у бабки висела картина Иогансона " Допрос коммунистов". Я начал с вопроса, почему бабуля повесила эту картину. Она мне пояснила, что у нее не сохранилось фотографии одного из сыновей, а один из стоящих мужчин был похож на ее сына. Затем последовал вопрос, а кто они такие. На что бабуля пояснила, что это белые и красные. Но на картине ни один человек не выглядел ни красным ни белым, поэтому тут же последовал следующий вопрос, почему они так называются и как они отличают друг друга. Бабуля объяснила, что это бедные и богатые. Бедные отняли все богатства у богатых, а богатые пытаются вернуть себе свое богатство. Белые воюют под белыми флагами, а красные под красными, поэтому и называются так. Последовал следующий вопрос, что такое богатство. Бабуля объяснила, что богатство - это фабрики и заводы, а также золото и деньги, которые бедные отобрали у богатых и раздали бедным, чтобы у всех было поровну.
- И что, белые должны у каждого красного отобрать свое богатство.
- Нет, существуют главные красные, коммунисты, которые руководят всеми бедными, и если их убить, то бедные останутся без своих руководителей, и богатство снова будет у белых.
- Так чего же они не убивают этих коммунистов.
- Они хотят, чтобы эти коммунисты, сказали, где прячутся другие.
- И что эти коммунисты скажут белым, где прячутся другие коммунисты.
- Нет, не скажут.
- А тогда зачем они их спрашивают.
- Они надеются, что эти коммунисты все же скажут.
- Просто так точно не скажут. Им надо, что-то пообещать, или пытать.
- Белые пообещают, что не убьют этих коммунистов.
- И белые отпустят этих коммунистов.
- Нет, они посадят их в тюрьму.
- А если коммунисты убегут.
- То они будут бороться с белыми.
- Это как.
- Они будут ловить белых, убивать их или сажать в тюрьму.
- И куда же белым деваться.
- Они могут уехать за границу.
- И их там не тронут.
- Там живут другие богатые, которые должны помочь белым.
- А коммунистам тоже можно убежать за границу.
- Нет, там их не любят и с ними борются.
- Белым значит есть куда бежать, а коммунистам бежать некуда, значит коммунисты должны победить.
- Они и победили.
- И куда же они девали богатства.
- Разделили между собой.
- А бедным что досталось.
- Ничего.
- А фабрики и заводы.
- Они принадлежат коммунистам.
- Коммунисты стали богатыми.
- Нет не стали, потому что их очень много. Богатства на всех не хватает.
- А если белые убьют этих коммунистов, то их станет меньше.
- Нет, не станет. Коммунистов всегда много.
- А что надо сделать, чтобы их стало меньше.
- Вот это и хотят понять белые на картине.
- А если белые станут коммунистами, а коммунисты станут богатыми, то они помирятся.
- Боюсь, что нет. Найдутся еще какие-нибудь бедные синие, которые станут убивать и белых, и красных ,и коммунистов, и богатых.
- Почему.
- Потому что всегда, кому-нибудь, чего-нибудь не хватает.
- А как же быть мне. За кого воевать.
- А ни за кого. Только за себя. И не верить ни белым, ни красным, ни коммунистам, ни богатым. Все обманывают. А бедным помогает только бог. Верь в бога и не греши.
Бабуля перекрестилась на пыльный образ, тяжело вздохнула и стала разогревать мне обед. Она еще не догадывалась, что через 30 лет белые действительно станут коммунистами, а коммунисты станут богатыми и помирятся друг с другом. А я, глядя на безразличные выражения лиц белых и красных на картине Иогансона " Допрос коммунистов", вспоминаю простую бабулю - Федоровну, которая в детстве объяснила мне простой смысл политической борьбы.
ЖИВЕЕ ВСЕХ ЖИВЫХ.
Из всех детсадовских воспоминаний больше всего мне запомнилась большая картина Ленина, которая висела на стене. Владимир Ильич стоял на картине в полный рост на Красной площади, в галстуке и фуражке, положив одну руку в карман, и с прищуром наблюдал, как подрастает юное поколение, которому уготовано жить при коммунизме. Мне казалось, что Ленин видит все. Я специально проверил из всех точек, куда направлен его взгляд. От взгляда Владимира Ильича спрятаться было невозможно. Под его всевидящим оком мы ели, спали, рисовали, пели и играли. Игрушек особых не было, так самодельные кубики и деревянные машины. Но зато у нас были большие фанерные красные кирпичи и пирамиды, из которых мы, если не каждый день, то раз в неделю коллективно строили Кремль и Спасскую башню. Проект висел на стене за спиной Ленина. И вот однажды мальчик Коля решил организовать себе частное строительство и из общественных кирпичей соорудить себе личный домик. Так как материалов для строительства двух объектов не хватало, то он начал отнимать деревянные кирпичи у девочек, и у своих слабых товарищей, а также воровать кирпичи из уже построенного сооружения. Так как мальчик Коля был немного старше и сильнее, то он пользовался своим преимуществом и изымал кирпичи из общественной стройки, используя грубую силу. Обиженное большинство, пуская слезу, пыталось безуспешно бороться. Неумолимая сила нагло продолжала изымать кирпичи из общественной стройки. Решение пришло достаточно быстро. Под ободряющим взглядом Ленина я взял кирпич и стукнул им по голове мальчика Колю. Его с пробитой головой увели к врачам, меня поставили в угол, а кубики снова стали общественными. Час в углу не такой и большой срок, зато справедливость была восстановлена. Мне казалось, что в этот день Владимир Ильич одобрительно щурился именно мне. Правда мальчик Коля делал еще неоднократные попытки построить себе домик, но решение уже было найдено, и его, поэтому потом перевели в другую группу, постарше. Может из-за таких мальчиков мы и не построили коммунизма. На этот вопрос нарисованный Ленин уже никогда не даст ответа.

Сталин
Мне было 4 или 5 лет. Я считал себя уже большим, поэтому в садик и из садика ходил один без родителей. В ту пору это было неопасно. Надо было пересечь одну улицу Большевистскую, по которой раз в час ходил автобус. Рано утром грузовики еще не выезжали из гаражей, а личного транспорта практически не было. Продукты по магазинам развозили на гужевом транспорте. Все дворовые собаки были большими друзьями мальчишек, и приветливо махали хвостами при встрече. Иногда им перепадал кусочек колбаски, да и от хлеба они не отказывались. Главное время года на Урале - это зима. Рано утром мама одевала меня и отправляла в садик. Сначала я шел по Комсомольскому проспекту, на котором в ту пору стояло 4 каменных дома и два наших барака, пересекал Большевистскую улицу, а дальше шел по скверику до улицы Карла Маркса. А в скверике стояли два больших памятника Ленину и Сталину. Я уже знал, что это вожди мирового пролетариата. И еще в скверике было 4 фонаря. Снег волшебно скрипел под ногами, а фонари создавали движущуюся вместе со мной тень. Тень сначала догоняла меня, потом какое-то время шагала со мной рядом, а потом обгоняла меня и становилась все больше. У следующего фонаря она опять оказывалась позади меня. Проходя мимо памятника Ленину, я говорил ему "Здравствуй дедушка Ленин". Проходя мимо памятника Сталину, я говорил ему "Здравствуй дедушка Сталин". Возвращаясь из садика по тому же маршруту, я по очереди говорил им " До свидания". И так каждый день. И вот однажды я обнаружил, что памятник Сталину исчез. Вчера вечером еще стоял, а утром его уже не стало. В скверике одиноко стоял только памятник Ленину, а рядом с ним стоял пустой постамент. Вечером я поинтересовался у отца, куда мог деваться памятник Сталину. На что он мне объяснил, что оказывается Сталин неправильный вождь. И он делал все неправильно. Поэтому все его памятники решили убрать, а его тело вынесли из мавзолея. И еще отец пошутил, что появился новый правильный вождь Никита Сергеевич, который освобождает себе место для своих памятников. А у меня тут же возник вопрос, что такое правильный и неправильный. На что отец мне ответил, что этого никто не знает, а просто все коллективно решили, что неправильный и все. А я ему задал следующий вопрос, а памятник то зачем убирать. Пусть бы себе стоял, а на нем написали бы, что это памятник неправильному вождю и даже не вождю, а просто человеку, который управлял много лет государством, как царь. Человек управлял государством много лет, немцев победили. Памятники царям стоят, а они все были не правильные, но это уже история. Что же теперь каждый новый вождь будет сносить памятники старым вождям. На что отец опять пошутил, что возник новый обычай в стране - сносить памятники всех предыдущих правителей и деятелей, потому что не умеют управлять страной. Но Сталин то умел. А новым вождям памятники не устанавливают за то, что ни один из них так и не научился правильно управлять страной , потому, что в свое время решили, что Сталин - неправильный вождь. А памятники Ленину тоже снесли, чтобы Сталину было не обидно. Разрушение страны началось с разрушения памяти. Но я все помню, хоть и было мне тогда всего 5 лет.

www.viperson.ru
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован