Эксклюзив
31 декабря 2013
8483

Ксения Боришполец: Евразийский проект: Проблемы и перспективы

Особенности текущей ситуации
Россия, Белоруссия и Казахстан успешно продвигаются по пути евразийской интеграции. С 2012 г. развивается единый рынок трех стран. Создана Евразийская экономическая комиссия (ЕЭК), которая дает возможность использовать механизмы наднационального регулирования в интересах углубления сотрудничества. Растет популярность Таможенного союза (ТС) на международной арене, в том числе благодаря недавнему выбору Украины в пользу российского вектора устойчивого экономического развития стран СНГ.
В то же время реализация евразийского проекта сопровождается целым рядом проблем, которые требуют своего решения. В первую очередь, это касается повышения роли наднационального регулирования интеграционного сотрудничества. Руководители Белоруссии и Казахстана высказывают опасения по поводу заметного сокращении в среднесрочной перспективе экономических ресурсов, которыми белорусские и казахстанские элиты сегодня распоряжаются самостоятельно. Практика ситуативных компромиссов относительно темпов углубления ведомственного взаимодействия, условий ценообразования, смягчения технических регламентов и других процедур недостаточно эффективна для продвижения интеграции. Она нуждается в регулярных импульсах, исходящих от высшего политического руководства стран-партнеров. В ближайшее время условия для "интеграции снизу" не появятся, а основным способом принятия решений ЕЭК в течение трех-пяти лет останутся пошаговые межгосударственные согласования.
Поддержание динамики экономического сближения России, Белоруссии и Казахстана требует дополнительных усилий. Одно из них связано с созданием евразийских сетей в сферах энергетики, транспорта, телекоммуникаций. Не менее важны и другие направления.
За первые два года функционирования ТС/ЕЭП взаимная торговля между его участниками выросла в 2 раза, однако в дальнейшем ее рост существенно замедлился. В 2012 г. он составил 8,7% при росте торговли с третьими странами на 3,2%. Это обусловлено исчерпанием основных резервов оптимизации торговли между партнерами за счет ликвидации таможенных границ, что, по единодушному мнению экспертов, усиливает потребность в диверсификации взаимных товарных потоков готовой продукции. В ближайшие годы поддержание динамики сближения будет все больше зависеть от подъема обрабатывающей промышленности, который позволит отказаться от преобладания сырья во взаимном товарообороте. Кроме того, предстоит значительно повысить уровень взаимных инвестиций России, Белоруссии и Казахстана. Доля ПИИ этих стран внутри ТС/ЕЭП - 22,7 млрд долл., или 42% от всего объема взаимных ПИИ СНГ и Грузии, тогда как суммарный ВВП Белоруссии, Казахстана и России составляет 87% от ВВП СНГ. При этом практически единственным статистически крупным российским инвестором в Белоруссии и Казахстане остается "Газпром".
Актуальными для экономического сближения стран ТС/ЕЭП являются поддержка движения капитала и рабочей силы, облегчение передачи информационных технологий, защита интеллектуальной собственности, упрощение налогового администрирования косвенных налогов во взаимной торговле. Предстоит принять соглашения о единых принципах и правилах конкуренции, о единых правилах предоставления промышленных субсидий, о государственной поддержке сельского хозяйства, о государственных закупках. Иными словами, структуры ЕЭК должны более активно заниматься вопросами тактического целеполагания в сфере экономической политики и усиливать свое присутствие на уровне профильных ведомств участников евразийского проекта.
В настоящее время развивать экономическое взаимодействие с ТС/ЕЭП стремятся как страны СНГ, так и страны дальнего зарубежья. Однако переход от деклараций о намерениях к включению в процесс интеграции требует длительных согласований, которые особенно проблематичны с потенциальными партнерами из СНГ. В соответствии с общей позицией России, Белоруссии и Казахстана они должны согласиться с правилами ТС/ЕЭП в полном объеме, т.е. отказаться от принципа "развития на разных скоростях", и признать необходимость интенсивной адаптации к базовым ориентирам интеграционного процесса. Опыт Кыргызстана показывает, что это требует не только подготовки профильной документации, но и упорядочения системы управления на внутристрановом уровне, укрепления президентской вертикали власти. Поэтому планы расширения числа участников евразийского проекта де-факто инициируют институционализированный переговорный процесс, который продолжится и после введения в действие Договора о ЕЭС. Его ускорение за счет инициатив российской стороны желательно и возможно.
Можно утверждать, что позитивный баланс углубления интеграции в формате ЕЭС находится в состоянии достаточного, но неустойчивого равновесия. В ближайшей перспективе жизнеспособность проекта будет зависеть от развития его ядра, которое осуществляется под руководством России.

Неспокойное партнерство
Россия - безусловный лидер евразийского проекта, однако ее статус не гарантирует динамичного углубления интеграции. Темпы интеграции существенно ограничиваются фактором амбиций политических лидеров стран-партнеров по ТС/ЕЭП. Стремление к детализации технических аспектов текущего и перспективного взаимодействия отражает недоверие части национальных элит к проектам регулирования экономического развития под российским руководством. Неблагоприятные настроения такого рода носят устойчивый характер, поскольку заметная часть бизнеса и административного аппарата ориентируется на приоритеты за пределами СНГ либо стремится повысить свое влияние на принятие Россией стратегических решений. Представляется, что смягчению подобных противоречий могли бы способствовать следующие меры: расширение состава многосторонних управленческих структур; демонстрация особого престижа номенклатурных позиций в будущих органах ЕЭС; интенсификация проработки проектов кадрового обеспечения интеграционных форматов.
Сегодня тенденции формирования кадровой политики по линии ЕЭС особенно беспокоят президента Казахстана Н. Назарбаева, который ощущает ослабление казахстанского влияния на работу ЕЭК. Президент Белоруссии А. Лукашенко в целом не столь тревожно относится к персональному обеспечению интеграционных планов, поскольку предполагает использование каналов Союзного государства (СГРБ). Активизация кадровой работы не снимает с повестки дня необходимости улучшения инвестиционного климата, расширения вклада в развитие гуманитарного сотрудничества, поддержки российских инициатив по гармонизации систем пенсионного обеспечения населения и других практических шагов.
В настоящее время наблюдается ухудшение экономического положения в регионе СНГ , замедление темпов экономического роста на фоне снижения цен на сырьевые товары и слабой инвестиционной активности. Влияние проявлений негативного тренда, вариативных для разных стран, сокращает бюджетные возможности российской стороны. Кроме того, российские партнеры по ТС/ЕЭП сталкиваются с разнотипными трудностями, что усиливает расхождения приоритетов интеграции.
Для экономики Белоруссии характерен неустойчивый рост при существенном внешнем дисбалансе (экспорт/импорт). В первом квартале 2013 г. ВВП вырос почти на 4%, однако затем экономика вернулась к отрицательным темпам. Падение производства имело место в добывающей и обрабатывающей отраслях промышленности, частичный подъем наблюдался в сфере торговли и инвестиций. Эксперты не исключают, что поддержание внешней устойчивости экономики может потребовать замедления роста потребления домохозяйств (падение жизненного уровня населения) и инвестиций (модернизация производства в периферийных регионах). Поэтому в ближайшее время Белоруссии не удастся преодолеть экономический спад и уменьшить претензии на дотационную поддержку, опосредованную энергетическим сотрудничеством с Россией и другими преференциями. Оценив участие Белоруссии в ТС в 4 млрд долл. ежегодных нефтяных преференций, А. Лукашенко заявил: "Иначе мы этот Таможенный союз не потянем...>> . Поиск белорусской стороной дополнительных источников внешних ресурсов пока не сопоставим по своей результативности с российско-белорусским партнерством. Но это не исключает, а, напротив, даже предполагает периодические критические демарши А. Лукашенко в адрес российских структур или их отдельных представителей.
Для экономики Казахстана характерно ускорение темпов роста ВВП на фоне ухудшения показателей платежного баланса и республиканского бюджета. Такое положение дел не угрожает социально-экономической стабильности страны, но стимулирует разногласия в среде руководства относительно управленческих стратегий. Согласно прогнозам ЕАБР, МВФ, ВБ, АБР, ЕБРР, рост ВВП Казахстана по итогам 2013 г. составит более 5%, что позволит поддерживать достигнутый ранее уровень жизни населения. Усиление акцента на цели экономического развития в бюджете 2014 г. создает дополнительные резервы для роста ВВП и реализации национальных программ производственной модернизации. В целом все это свидетельствует о благоприятных перспективах экономики Казахстана. Однако сложившаяся ситуация усиливает заинтересованность казахстанской стороны в сотрудничестве за пределами ТС/ЕЭП, актуализирует поиск новых источников расширения налогооблагаемой базы, которые формируются, главным образом, за счет сырьевого и энергетического экспорта на мировые рынки.
Таким образом, энергетическая составляющая не является долговременной экономической основой углубления евразийского интеграционного взаимодействия.
В практике экономического партнерства России, Белоруссии и Казахстана в среднесрочной перспективе сохранятся значительные центробежные моменты. Важнейшим механизмом их блокирования может стать создание наднационального мега-регулятора финансового рынка. Предполагается, что три страны будут стремиться к гармонизации национальных финансовых систем в соответствии с логикой международных стандартов. Но вопрос о темпах движения остается открытым. Ожидается, что срок создания этого мега-регулятора будет определен в 2014 г. в рамках кодификации всех норм ТС и ЕЭП. Однако представления о том, как он должен работать, пока серьезно различаются. Так, Казахстан полагает, что появление в 2015 г. органа, который возьмет на себя работу по гармонизации законодательства и выработке единых подходов к регулированию финансового сектора, облегчит формирование к 2020 г. единого финансового рынка.
Очевидно, что интеграционное партнерство России, Белоруссии и Казахстана не может рассматриваться как стабильно развивающийся процесс. Оно содержит риски замедления при выработке принципиальных соглашений и реализации уже достигнутых договоренностей. Период "перманентной турбулентности" будет продолжаться не менее пяти-семи лет после подписания Договора о ЕЭП и не позволит сократить российские затраты на этом направлении. Отношения между Россией и ее партнерами будут отражаться на международной деятельности ЕЭС.

Специфика международной среды
Стремление России, Белоруссии и Казахстана объединить рынки товаров, услуг, рабочей силы и капитала будет способствовать формированию большого международного региона. Для него будут характерны общие цивилизованные правила деловой активности, безопасные транспортные пути между Европой и Азией, экономическое пространство, позволяющее осуществлять институционализацию наднационального регулирования сотрудничества и одновременно находить адекватные способы расширения круга участников интеграционного объединения.
Реализация этого позитивного сценария, формулируемого ЕЭК, займет не менее 10-15 лет и потребует существенного повышения международной конкурентоспособности евразийской стратегии. На европейском направлении программа деятельности определяется интенсификацией использования "мягкой силы", ориентированной на сотрудничество с различными социальными группами населения сопредельных с пространством ЕЭС стран. Что касается центральноазиатского направления, заявленные в формате ТС-ЕЭП-ЕЭС планы пока опережают по своим материальным возможностям альтернативные проекты регионального взаимодействия с участием государств Центральной Азии и Казахстана. Суть таких альтернативных проектов, которые все активнее предлагаются Китаем, США, Турцией и отчасти Ираном, заключается в возрождении "Шелкового пути" как сухопутного транзитного коридора в обход России. Главные риски, исходящие от формирующейся по юго-восточному периметру ТС/ЕЭП новой международной среды, связаны не с прямым экономическим эффектом предложений, а с привлекательностью их "ностальгического" бренда для значительной части центральноазиатских элит и открытием каналов игры на противоречиях внешних центров влияния.
Осенью 2013 г. КНР выдвинула план создания "Экономического пояса Шелкового пути" с участием стран ШОС, наблюдателей и партнеров по шанхайскому диалогу. В основу концепции плана была положена идея всестороннего развития большого ареала евразийской экономической зоны (включая Кавказ) с населением и рынком, превосходящим в 10-15 раз аналогичные показатели ЕЭС. В рамках "Экономического пояса Шелкового пути" ШОС и евразийские структуры могут сотрудничать друг с другом, причем не исключен и американский план под названием "Новый Шелковый путь". Сильными сторонами плана, наряду с крупными ресурсами, предлагаемыми КНР своим потенциальным партнерам, являются расширение поля внешнеполитического маневрирования для центральноазиатских лидеров и перспектива сдерживания стихийной социальной организации населения региона под влиянием ислама. Но не стоит забывать о том, что, несмотря на дипломатические формулировки, план Китая ориентирован на раздел сфер влияния в большом сегменте евразийского пространства, с которым связаны стратегические интересы России. Представления китайских претензий на руководство региональным развитием не только к востоку, но и к югу от российских границ в их "мягком формате" вряд ли будет продолжаться более пяти-семи лет. В дальнейшем эти претензии будут становится все более конкретными и дополняться все более "жесткими" элементами, начиная с льготных поставок военной техники (Киргизия, Узбекистан, Таджикистан) или совместной борьбы с уйгурскими экстремистами (Казахстан).
В связи с этим России следует уделять больше внимания среднесрочным перспективам различных вариантов стратегий "Шелкового пути". Независимо от состава подписантов Договора о ЕЭС, уязвимой стороной евразийского проекта останется положение в зоне его периферийных флангов, которое не всегда можно контролировать посредством ОДКБ.
Говоря о международных перспективах евразийской интеграции, следует принять во внимание не только ее конкурентоспособность, но и весомое военно-политическое измерение. Напряженная обстановка в Афганистане сегодня "работает" во многом как фактор сплочения стран СНГ, хотя по-разному преломляется на азиатском и европейском флангах Содружества. После вывода основной части военного контингента в 2014 г. афганская ситуация вряд ли напрямую будет угрожать стабильности пространства ЕЭС или дружественных России Таджикистана и Узбекистана. Однако усиление попыток манипулирования "невоенными" рисками осложнит практику интеграционного развития. Поэтому афганская проблематика де-факто расширяет спектр перспективных направлений деятельности ЕЭС на международном уровне.
Таким образом, в ближайшем будущем международная среда серьезно осложнит становление ЕЭС как самостоятельного центра глобального влияния. Исходя из этого, вклад других многосторонних проектов на пространстве СНГ с участием России сохранит свою значимость для отечественной внешнеполитической стратегии.

* * *
В заключение можно сделать следующие выводы.
1. Евразийская интеграция - важный и перспективный проект обеспечения интересов России. Вместе с тем его реалии ставят Россию перед сложным выбором между инициативной и пошаговой тактикой продвижения интеграционных планов. Логика первого варианта основана на желательности активного регулирования экономического развития в странах ближайшего регионального окружения и предотвращения раскола пространства СНГ. Привлекательность второго варианта обусловлена необходимостью экономии материальных ресурсов на фоне завышенных ожиданий стран-партнеров. Поскольку развитие экономической интеграции происходит, главным образом, за счет политических импульсов, в ближайшие три-пять лет политические соображения будут решающими на всех этапах сотрудничества.
2. Энергетическая составляющая интеграции не отвечает потребностям динамичного экономического сближения России, Белоруссии и Казахстана. Она затратна для российской стороны и не отвечает запросам белорусского и казахстанского руководства. Однако эффективная диверсификация взаимодействия в ближайшее два-три года вряд ли будет достигнута. Энергетическая безопасность останется существенным аргументом углубления интеграционного сотрудничества по линии ЕЭС.
3. Для вычленения ключевого звена тактики евразийской интеграции целесообразно сделать акцент на кадровую политику и расширение состава экспертного сообщества, включенного в разработку профильных материалов и популяризацию евразийской тематики в публичном дискурсе. Особую значимость будут иметь образовательные проекты, реализуемые ведущими вузами России, Белоруссии и Казахстана. Формирование эффективного кадрового состава, резерва квалифицированных специалистов и молодежной площадки ЕЭС будет служить важной предпосылкой организационного становления евразийского проекта.
4. Расширение состава российских партнеров по евразийской интеграции способно снизить управляемость в рамках проекта и эффективность осуществления наднациональных функций. Российское лидерство потребует неформального подтверждения на основе персональных контактов с ведущими политиками стран-партнеров.
5. Формирование ресурсов "мягкой силы" - одна из ключевых проблем евразийской интеграции как стратегического проекта. Необходимо активнее продвигать прикладной вариант евразийской идеологии, апеллирующий к общим историческим и культурным корням населения стран СНГ и подчеркивающий конкретные социальные преимущества развития на основе интеграционного экономического сотрудничества.

Приложение

Россия вошла в пятерку мировых лидеров по ВВП
По данным Всемирного банка, Россия вышла на пятое место в рейтинге крупнейших экономик мира. В 2012 г. ВВП России составил 3,38 трлн долл., что больше, чем у Германии (3,307 трлн долл.).
Первое место в рейтинге заняли США (15,684 трлн долл.), на втором - Китай (12,674 трлн долл.). Еще две азиатские страны, Индия и Япония, заняли третье и четвертое места (4,793 трлн и 4,49 трлн долл., соответственно).
В рейтинге по паритету покупательной способности (ППС) Россия поднялась на одну позицию по сравнению с 2010 г. - тогда она уступила Германии около 100 млрд долл. В 2005 г. Россия находилась на восьмом месте.

Динамика внешней торговли стран ТС/ЕЭП
За январь-ноябрь 2012 г. объем внешней торговли товарами государств-членов ТС с третьими странами составил 855 млрд долл. По сравнению с аналогичным периодом 2011 г. объем внешней торговли увеличился на 4%, или на 32,8 млрд долл. При этом экспорт в третьи страны за 11 месяцев 2012 г. составил 547,2 млрд долл., импорт из третьих стран - 307,8 млрд долл. Стоимостной объем экспорта товаров возрос на 3,7%, или на 19,7 млрд долл., импорта - на 4,4%, или на 13,1 млрд долл.
За указанный период экспорт России в третьи страны вырос на 2,5% (до 441,6 млрд долл.), импорт - на 3,4% (до 266,5 млрд долл.), сальдо внешнеторгового баланса оказалось на уровне 175,1 млрд долл. В Белоруссии экспорт вырос на 14,0% (до 27,0 млрд долл.), а импорт упал на 7,8% (до 16,9 млрд долл.). Сальдо оказалось, как и у России, положительным - 10,1 млрд долл. В Казахстане экспорт увеличился на 7,6% (до 78,6 млрд долл.), импорт - на 30,8% (до 24,4 млрд долл.), сальдо составило 54,2 млрд долл.
В январе-ноябре 2012 г. объем взаимной торговли государств-членов ТС составил 62,3 млрд долл. По сравнению с аналогичным периодом 2011 г. он увеличился на 8,2%.
Объем взаимной торговли между Россией и Белоруссией вырос на 10,9% и составил 40 млрд долл., между Россией и Казахстаном - на 3,3% (до 21,5 млрд долл.), между Белоруссией и Казахстаном - на 17,1% (до 0,8 млрд долл.).

Взаимные инвестиции стран ТС/ЕЭП
Взаимные прямые иностранные инвестиции стран СНГ и Грузии за три года увеличились на 32% и составили почти 54 млрд долл.
Доля ПИИ внутри ТС составляет 22,7 млрд долл., или 42% от всего объема взаимных ПИИ СНГ и Грузии. Интенсивность взаимных инвестиций в рамках ТС может быть значительно увеличена с учетом того, что совокупный ВВП Белоруссии, Казахстана и России составляет 87% от ВВП СНГ.
Среди инвесторов стран СНГ преобладают российские компании. По итогам 2012 г. на их долю пришлось 82,7% накопленного объема ПИИ, или 44,5 млрд долл. Второй крупнейший инвестор в регионе - Казахстан (5,61 млрд долл.). За ним следуют Украина (1,57 млрд долл.) и Азербайджан (1,55 млрд долл.). Далее по объему ПИИ идет Белоруссия.
В отраслевой структуре взаимных ПИИ лидируют телекоммуникации (16%), добыча сырой нефти и природного газа (более 12%), транспортировка и продажа газа (11%), банковский сектор (8%), электроэнергетика (7%). Среди стран-членов ТС на первом месте - транспортировка и продажа газа за счет российских ПИИ в Белоруссии.

К.П. Боришполец,
в.н.с. Центра постсоветских исследований ИМИ
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован